Как уж повелось в неспокойные времена, истекающий год в нашем кино опять не назовешь урожайным. Официально сообщалось, что у нас снимают около 500 полнометражных картин в год — сколько из них вы видели на афишах? Из серьезных художественных прорывов можно назвать разве что социальную драму «Кончится лето», в которой российские традиции были подкреплены свежей творческой энергией кино Якутии. И, пожалуй, «Филателию» — прощальную, очень сильную работу ушедшей в этом году Натальи Назаровой.
Были спорные, не давшие абсолютных шедевров, но интересные поиски — как, например, неожиданный — свободный, без пиетета, но с пониманием — подход к литературному гению в мюзикле молодого режиссера Феликса Умарова «Пророк. История Александра Пушкина». Или «Ветер» — емкая постапокалиптическая притча по сценарию Луцика и Саморядова, знаменующая триумфальный переход в режиссуру известного продюсера Сергея Члиянца.
Но в целом продолжается паническое бегство кино от все более сложной реальности — и прежде всего в безопасную сказку. Сказок снимается множество, и публика принимает их благосклонно: вышедшая под Новый год первая часть «Волшебника Изумрудного города» при всех ее очевидных недостатках возглавила прокатный рейтинг, собрав более 7 млн зрителей. В десятке лидеров оказались также «Горыныч», «Алиса в Стране чудес» и катастрофическая киносказка «Кракен». В кинорепертуаре сказка теперь заняла ведущее место (только в этом году вышли «Царевна-лягушка», «Марийские сказки», «Сказки темного леса», «Холодное сердце», «Яга на нашу голову», «Финист. Первый богатырь», на подходе «Буратино», «Чудо-Юдо», «Хоттабыч» и бездна других). Зрители все больше привыкают к тому, что кино — не исследование реальной жизни, а бегство от нее в мир цветных, технически оснащенных миражей, и это представление, губительное для искусства, грозит закрепиться в сознании новых поколений.
Большинство более серьезных картин обращены к прошлому — революционному, военному или подчеркнуто светлому советскому. Это экранизация Бориса Васильева («В списках не значился»), третья по счету экранизация военной прозы Богомолова («Август» Никиты Высоцкого и Ильи Лебедева) и детская — Гайдара («Судьба барабанщика» Анны Чернаковой); из них только «Август» вошел в лидеры рейтинга, а «Судьба барабанщика» с ее тщательным ретро и необычно неряшливым, клочковатым нарративом не собрала и тысячи зрителей. Это взорвавшие Сеть спорами многосерийные «Хроники русской революции» Андрея Кончаловского. Современности кино касается осторожно и в наиболее нейтральных ее областях — как в фильме о мудрой старости в фильме «Двое в одной жизни, не считая собаки» Андрея Зайцева, где действие тоже происходит словно бы вне времени.
Эволюцию нашего кино последних лет трудно назвать благополучной — когда поколения передают друг другу опыт и традиции. Вместо этого случился некий обрыв эпох: мастера за редчайшими исключениями исчезли с горизонтов, и если прежде зрители ходили «на Хуциева» или «на Рязанова», то теперь на нас обрушилась лавина незнакомцев, стремительно восходящих и так же быстро исчезающих. Давно ничего не снимают ярко сверкнувшие таланты уровня Яны Поляруш («Видримасгор») или Сергея Лобана, которому сама Джеральдина Чаплин, посмотрев его «Шапито-шоу», пообещала сняться в его фильме по первому же зову. Надеюсь, не будут потеряны для кино новые таланты, интересно дебютировавшие в полном метре в этом году: Нина Волова («Фейерверки днем»), Рауль Гейдаров («День рождения Сидни Люмета»), Антон Бутаков («Бесконечный апрель»), Яна Климова-Юсупова («Походу любовь»).
Никак не утихнет эпидемия бесконечных переделок классических советских фильмов, не выдерживающих сравнения с оригиналом. В жанр мюзикла попытались опрокинуть фабулу знаменитой оскароносной картины авторы сериала «Москва слезами не верит. Все только начинается», беспомощно собезъянничали приемы популярной комедии Гайдая авторы «Невероятных приключений Шурика» — уже с десяток таких отважных, но заранее обреченных экспериментов закончились бесславно.
Из сериалов я бы выделил «Аутсорс» Душана Глигорова и «Подслушано в Рыбинске» Петра Тодоровского — оригинальные, интересно придуманные сюжеты, умная режиссура, яркие актерские работы.
Сразу две картины в этом году выпустил на экраны режиссер Бакур Бакурадзе: меланхолическую драму «Снег в моем дворе» и «Лермонтов» о последних часах, проведенных поэтом перед дуэлью. Обе ленты — чистый артхаус, обе восторженно приняты большинством критиков, но первая собрала 5,5 тысячи зрителей, второй повезло больше: имя любимого массами поэта сделало свое дело. Авторы многочисленных отзывов в соцсетях не скрывают раздражения: скупые реплики, которыми на экране обмениваются мастера слова, практически не слышны.
Это уже болезнь новая, нежданная, поразившая наше кино в новом технически продвинутом веке: режиссеры требуют, чтобы актеры говорили «как в жизни», то есть неряшливо и неразборчиво, а звукорежиссура как профессия во многих фильмах, похоже, упразднена вообще.
Впрочем, понятие «профессия» в новом кино становится все менее востребованным: на ход событий мощно влияет интернет, где любой впервые взявший в руки смартфон спешит обнародовать свой видеошедевр. Уже идут сообщения о фильмах, снятых на коленке безвестными любителями и наудачу отправленных в Канны. Какими плодами одарит киноискусство это бурное творчество масс, узнаем в самом ближайшем будущем.
Возвращаясь к полутысяче фильмов, произведенных у нас за год, приходится констатировать катастрофически низкий КПД нашего кино: большинство этих картин до зрителей не доходят или, еще чаще, ими игнорируются: поблекшую репутацию нашего кино еще предстоит восстанавливать.
Другие новости
В трейлере «Царевна-лягушка 2» героев отправили в Тмутаракань
«Чебурашка — часть русского кода»: Продюсер фильма прокомментировала сборы в 5 миллиардов рублей
Сериал «Переходный возраст» и фильм «Битва за битвой» — триумфаторы премии «Золотой глобус» в этом году