23.05.2024

NEOКультура

Новости культуры и шоу-бизнеса

«Триумф джаза» в Петербурге представит музыкантов из Турции, Индонезии и Таиланда

Петербург вновь принимает фестиваль «Триумф джаза». В этом году он проходит в 23-й раз, концерты в трех городах — Москве, Санкт-Петербурге и Туле — существенно отличаются. Неизменным остается желание организаторов представить публике наиболее интересных джазовых музыкантов. Основатель фестиваля маэстро Игорь Бутман на деловом завтраке в петербургской редакции «Российской газеты» признался, что иностранные участники на фестивале будут, но их музыка станет сюрпризом для зрителей.

Игорь Михайлович, чем отличается программа в трех городах?

Игорь Бутман: В Москве будет три концерта, в Петербурге 13 марта выступит Московский джазовый оркестр со всеми нашими солистами, а Дмитрий Маликов представит свою программу Pianomaniя Jazz. Еще выступит турецкая группа с певицей Дилек Серт Эрдоган.

Мы давно интересуемся турецким джазом — еще в 2006 году выступали в столице Турции Анкаре с американским трубачом Рэнди Бреккером. И вы, возможно, удивитесь, но турецкие джазовые традиции очень сильны. В Стамбуле проходит великолепный джаз-фестиваль, есть свой фестиваль в Анталии. Мы выступали там, подружились с руководителями этих фестивалей и налаживаем контакты, открываем новые имена. Надо также учитывать, что все самые лучшие тарелки для барабанов делают в Турции.

Еще один сюрприз для зрителей — музыканты из Индонезии и из Таиланда. Непривычно? Да. Но в свое время никто не ожидал, что и в Советском Союзе есть джаз. Когда наши музыканты приехали в Варшаву на фестиваль Jazz Jamboree 62 — Андрей Товмасян, Алексей Козлов — и заиграли композицию «Господин Великий Новгород», то произвели огромное впечатление и на всех поклонников джаза, и на американских музыкальных критиков.

Тайский джаз, индонезийский — конечно, чуть отличается. Но главное — не что играть, а как. Если сыграно профессионально, на высоком уровне исполнительского мастерства — это интересно. А просто этнические мотивы никому не нужны.

В Таиланде, кстати, сам король Рама IX, был саксофонистом и композитором. Мне подарили сборник его произведений, и два из них мы сыграли в Таиланде — с большим успехом.

Почему третьим городом фестиваля стала Тула — в дополнение к обеим столицам?

Игорь Бутман: Я дружу с губернатором Тульской области. К тому же, в Туле хорошая филармония, там два отличных «Стейнвея». И у меня самого есть тульские корни, и мне приятно привезти туда хорошую музыку.

В Туле, кстати, тоже богатые джазовые традиции — при Тульской филармонии работал оркестр Анатолия Кролла «Современник». С ним выступала Лариса Долина, которая сыграла одну из главных ролей в фильме «Мы из джаза», а оркестр записал музыку.

Джаз всегда считался «их» музыкой — западной, иностранной. В сегодняшних условиях без иностранных музыкантов делать фестиваль труднее?

Игорь Бутман: Гораздо легче! Потому что Дмитрия Маликова знает 140 миллионов, а Кенни Гарретта — тысяча человек.

Конечно, непросто поддерживать интерес к фестивалю вот уже больше двух десятилетий. Но тем и интересна эта задача. Мы узнаем новые имена, и некоторые становятся открытием для меня самого. Многие музыканты, которые в Америке сейчас находятся в тренде, абсолютно неизвестны у нас. И это в том числе проблема времени — они или не дотягивают до уровня тех «столпов», которых у нас знают все. Или играют «не то», чего люди ждут от джаза — и публика уходит.

Можно ли сделать в джазе что-то принципиально новое? Все знают имена Глена Миллера, Эллы Фитцджеральд, Игоря Бутмана… Что выбирают сегодня молодые джазовые музыканты?

Игорь Бутман: Думаю, что сейчас новый джаз — в деталях. В исполнении музыкантов, которые чувствуют и доверяют друг другу так, что возникают особые интонации, которые будоражат человека. Можно показать нечто выдающееся с точки зрения мелодии, гармонии, новых ритмов, нюансов — и на это надо обращать внимание. Мы же идем на концерт Шопена — и не ждем от него чего-то нового! Хотя, возможно, придут молодые гении, которые скажут свое слово.

Джаз — очень глубокое искусство, но эмоции от этой музыки возникают здесь и сейчас. Раз — и все переменилось. Человек рассказывает о своей жизни — он может привнести любые оттенки, от комических до трагических. Так же и джаз.

Не так давно в консерваториях стали появляться джазовые отделения, вы создали первую в России джазовую академию. А как можно учить джазу, если его главная суть — импровизация?

Игорь Бутман: Учить всегда можно только личным примером. Когда в юности я работал с Давидом Семеновичем Голощекиным, то буквально «снимал» его музыкальные фразы, повторял за ним, стоя за пианино на сцене. То же самое — потом у американских музыкантов.

Человек учится читать: учит буквы, потом слова, потом складывает их в предложения — создается рассказ. Точно так же учат музыке. Точно так же учат импровизации — услышать тональность, развить музыкальную фразу, может быть, даже собрать воедино какие-то известные мелодии в новую музыкальную картину. Но для этого нужно иметь хороший «багаж» — работать, слушать музыку, учиться. Тренироваться — так, как тренируются спортсмены.

Джаз — это спонтанная музыкальная композиция. Но у нее должна быть основа. Не учитывая гармонию, нельзя выйти за ее рамки.

Как вы относитесь к той современной музыке, которую слушает сейчас молодежь, подростки?

Игорь Бутман: Недавно я говорил на эту тему с преподавателями нашей Академии. Потому что не хочу, чтобы мы стали консервативными — в плохом смысле этого слова. Мы достигли определенного уровня — куда идти дальше?

Музыка поколения влияет на людей, которые его составляют, и это надо учитывать. Часто это музыка низкого качества — и это плохо. Уровень исполнительского мастерства надо поднимать. Мой сын записывает рэп — и известные рэперы ему говорят, что для 12 лет это неплохо. Но гаммы учить не хочет. А в рэп — и вообще в музыку — должны приходить музыканты с навыками, которые прославились не только потому, что выдали со сцены плохое слово.

Недавно в Петербурге открылся Джазовый клуб Игоря Бутмана — это конкуренция джазовым площадкам города?

Игорь Бутман: Конечно, это конкуренция. Но я не считаю, что это плохо — это большой плюс.

Новый большой клуб, в котором часто нет мест — свидетельство того, что у джаза есть своя публика. И она хочет больше разной музыки — в джазовой филармонии своя атмосфера, в клубе — своя, в баре, где играют джем-сейшн — своя. Это расширяет «меню» всей культурной жизни Петербурга.

Для себя — благодаря клубу — я открыл множество петербургских артистов. То есть это опять про расширение возможностей, для всех.

Какую роль сегодня играет в вашей жизни Петербург — ведь весь «движ», как считается, в Москве?

Игорь Бутман: В свое время я уехал в Москву из Ленинграда просто потому, что у меня не было другого выбора. Проработав несколько лет с Давидом Голощекиным — во Дворце молодежи, а затем в валютном баре — я понял, что с точки зрения исполнения джаза это предел. Я уехал в Москву, получил там прописку — без прописки нельзя было работать — и стал гастролировать с оркестром. В Москве гастролирующих джазовых коллективов тогда было пять, в Ленинграде — ни одного.

Сейчас можно все. В Москве больше клубов, больше музыкантов — едут со всей страны, больше профессиональных учебных заведений. Но сейчас не надо жить в определенном месте, чтобы давать концерты где угодно.

Так вы теперь больше москвич или петербуржец?

Игорь Бутман: Петербургская интеллигентность во мне есть. Но и московская напористость всегда была.

https://rg.ru/2023/03/13/reg-szfo/triumf-dzhaza-v-peterburge-predstavit-muzykantov-iz-turcii-indonezii-i-tailanda.html