24.06.2024

NEOКультура

Новости культуры и шоу-бизнеса

Пространство жизни и смерти

Премьера оперы «Ждана» современного композитора Алины Небыковой состоялась 28 мая 2024 года в Белоколонном зале княгини Шаховской в ММТ «Геликон-опера». 

Одно то, что премьера состоялась в «Геликон-опере» уже предполагает взгляд на оперный жанр под новой призмой. Исполнение «Жданы» прошло в рамках фестиваля современной оперы «Приглушенные голоса», где в программе представлены только сочинения композиторов-женщин. Фестиваль посвящен памяти и 80-летию Татьяны Чудовой (композитора, профессора МГК им. П.И. Чайковского, заслуженного деятеля искусств РФ), чьей ученицей является Алина Небыкова, подобная преемственность, как и творческое кредо, передаваемое от учителя к ученику, всегда отличали отечественную композиторскую школу.

А были ли композиторы-женщины до XX века? Разумеется были, только вот известно нам о них крайне мало, как-то их «приглушили» со временем. Многие ответы на возникающие вопросы можно найти в статье Александра Матусевича «Оперный феминизм: такое возможно?». Даже в наше время подобная постановка вопроса у многих вызывает удивление, а лучшим ответом на него является фестиваль «Приглушенные голоса».

Голос Алины Небыковой – опера «Ждана» по одноименному рассказу Алексея Небыкова из книги «Черный хлеб доро́г» на либретто Александра Капусткина.

Камерная опера «Ждана» прозвучала в исполнении солистов: меццо-сопрано (Александра Ковалевич), тенора (Сергей Абабкин), хора (вокальный ансамбль «Arielle»), струнного квинтета и фортепиано. С жанровым определением «хоррор-опера» я столкнулась впервые, но это предполагает, что будут показаны ужасы, и зритель должен быть напуган. Учитывая, что почти никаких декораций нет, спецэффектов не предполагается, остаются только средства музыкальной выразительности и актерское мастерство.

После проверки билетов зрителей приглашали в фойе на втором этаже, где проход на спектакль осуществлялся через символическую золотую раму не то картины, не то зеркала. Проходя через этот портал, гости попадали непосредственно в пространство оперы, где все ходили, свободно рассаживались, переговаривались и, постепенно заняв места, оказались в центре будущего действия. Сразу стало понятно, что мы попали на иммерсивный спектакль: через приоткрытые двери в гостиную можно было наблюдать за странными людьми, сидящими за столом, ещё одним «порталом» в прошлое был приоткрытый шкаф, около которого неподвижно стоял мужчина. Постепенно застывшие фигуры ожили и стали ходить среди взбудораженной московской публики, своим отрешенным потерянным видом они показывали, что мы для них не существуем, как и они для нас.

Большая зеркальная рама тем временем была перенесена в центр фойе, ощущение двоемирия – мира живых и мертвых пронизывало всю оперу. Сюжет прост и одновременно многослоен, постоянно присутствуют воплощенные воспоминания главной героини. Ждана – «говорящее» имя, её удел жить и ждать своего единственного, ждать любовь, но готова ли она впустить эту любовь в свою жизнь? Она осталась одна в деревне, все ее близкие умерли или уехали, неожиданно к ней в дом попадает путник – юноша и между ними вспыхивают чувства. В начале оперы Ждана занята типичной женской работой – она шьет нарядное платье, а за этим процессом мы можем увидеть аллюзию на славянскую богиню Мокошь, которая считалась богиней женской судьбы и покровительницей домашнего очага. Мокошь прядет нить судьбы… Красные нити – нити между прошлым и настоящим.

В красных платьях разных оттенков выступал балетный дуэт (сестры Виктория и Анастасия Михайлец), олицетворявший внутреннее состояние главной героини. Противоречивость натуры: сомнение и смятение, борьба и компромисс – все это было удивительно отражено в пластике. Они как единое целое дополняли оперу и рассказывали в танце то, что осталось недосказано словом. 

В вокальной партии Жданы много речитативности, преобладает низкий регистр, широкие распевы передают внутреннюю силу героини, постоянно проходят лейт-интонации оперы. У юноши, наоборот, много восходящих страстных интонаций, вокальная линия близка по своему типу к типичной партии тенора «героя-любовника», который уже сложился веками. Хор предстает как «хор духов» и беспристрастно комментирует события, музыкальный материал как бы вторит и дополняет партию главной героини. Нельзя не отметить еще нескольких «героев»: девочку и старуху из хора умерших, кто они? 

На сцене одновременно было представлено три женских возраста: девочка, женщина и старуха, последняя была блестяще воплощена и приковала к себе внимание ещё до начала спектакля.

Несмотря на минималистичную постановку в ней очень много сценических решений, несущих большую семантическую нагрузку: ключ от сундука – как ключ от сердца, красные нити – кровные нити, связывающие Ждану с ушедшими в мир иной, красная лента – подарок Ждане и как орудие удушения. Ждана делает сложный выбор – не уходить никуда с любимым, а оставить его вечно рядом с собой – на погосте, где похоронена мать. Проходя через зеркальную раму, он символически присоединяется к хору умерших. Ждана сделала свой выбор, она осталась как «Персефона-дочь» и не стала «Персефоной-царицей», она выбрала свое «царство мертвых». В завершении оперы Ждана сидит на сундуке в темном платье с седой головой и ключом на шее… Возникло ощущение, что все мы попали в её мир, где время остановилось.

Опера построена по принципу сквозного развития, музыка ведет слушателя вперед за событиями, благодаря тщательному развитию монотематизма складывается впечатление единого одночастного сочинения.

В современном театре много поисков и экспериментов, часто, чем необычнее сценическое решение – тем больше оно привлекает внимание у публики. Опера «Ждана» прежде всего про искренние чувства и жестокий выбор, про жизнь и смерть.

https://lgz.ru/news/prostranstvo-zhizni-i-smerti