25.07.2024

NEOКультура

Новости культуры и шоу-бизнеса

Персонажи сами выскакивают из-под пера 

Ядвига Симанова — автор мистических романов, представила на фестивале «Красная площадь», который прошел с 6 по 9 июня,  две  части книги «Ученица мертвой белки», вышедшие в издательстве «Четыре». Мы пообщались с автором о ее творчестве, о работе над образами и читательской аудитории.

Поделитесь, каким успехом пользуются ваши две книги под загадочным названием «Ученица мёртвой белки»? Какие самые лучшие отзывы вы получили от читателей?

Насчёт успеха судить не могу. Всё относительно. Радует, когда читатели пишут не только о динамике сюжета, но и о том, как книга затрагивает их чувства, поднимает из глубины то, о чём они даже не подозревали, и неким образом преобразует картину мира в их уме. Собственно, я не пишу, я открываю двери. А что с этой дверью делать: смотреть – не смотреть, через щёлочку или открыв настежь, а может, рискнуть и войти, – личное дело каждого!

Расскажите, как происходит переход к следующей истории? Закончив одну книгу, вы ожидаете прихода новой идеи? Или все идеи продуманы заранее и ждут своей очереди?

Истории появляются сами собой, как будто ждут очереди, чтобы быть рассказанными. По времени бывает по-разному. Идея «Белки», например, возникла, когда я заканчивала работу над «Восходом памяти». Началось всё с названия, которое вдруг пришло на ум, и я понятия не имела, о чём будет книга, но уже точно знала, что книге быть.

Очень интересно узнать о вашей работе над образами, персонажами. Как удаётся понять и почувствовать мужскую логику размышлений, решений, действий? Хотя бы на примере детектива Романа Любича?

Такие хара́ктерные персонажи, как детектив Роман Любич и колдун Дмитрий, сами выскакивают из-под пера. Они даже не говорят, а кричат у меня в голове, пока я не расскажу их историю. Я не всегда понимаю их логику или одобряю действия – и не ставлю себе такой задачи. Важно, что никто из них не подумал и не поступил бы иначе, чем написано в книге. Здесь дело не в половой принадлежности, а, скорее, в их «инаковости». Каждый из них по-своему вытеснен из системы (по своей воле или под влиянием обстоятельств). О таких людях интересно писать. У каждого сложный путь, потому что перед каждым – выбор, и они вынуждены делать его сами и отвечать за него сами, не рассчитывая на чью-либо поддержку, как большинство людей, находящихся в системе.

Как вы думаете, держат ли читателя ваши романы в эмоциональном напряжении? Ведь секрет таинственной мёртвой Белки раскрывается только в самом конце.

В этом я уверена на все 100%! Книга наполнена действиями и неожиданными открытиями непосредственно до самой развязки, да и после неё тоже. Я сама считаю «Белку» самой динамичной из всех моих книг и немного «попсовой», как по мне. Зато она с интересом и легко читается. Одна моя юная читательница назвала это «эмоциональным сёрфингом», когда за одной эмоцией, когда уже ничего особенного не ждёшь, следует другая, ещё более сильная.

Иногда высказывается мнение, что в настоящее время читатель мельчает, проявляя всё больше любви к простым книгам, лёгким развлекательным жанрам. Есть ли у вас ощущение, что читательская аудитория меняется – и в какую сторону?

Несомненно, такое ощущение есть. Видно по тому, как редактор «режет» мои большие предложения (понимая – иначе невозможно читать, и он прав), как некоторые «эксперты» пеняют на то, что я якобы сложно пишу – «не как другие». Это общая тенденция к упрощению духа и процесса мышления, что неизбежно в век потребительства и стремительного развития технологий. Сейчас слишком много информации, а у человека слишком мало ресурса и времени, чтобы её качественно отфильтровать. Куда там вникать в сложные предложения?! Это ж думать надо! А зачем, когда есть нейросети? Когда при открытии браузера на экран выводятся готовые предложения: что бы ещё нашему уму «поесть»? Зачем мучиться выбором, когда есть те, кто за нас его сделает? А чтение – это и есть не что иное, как выбор: из написанных строк читатель творит для себя целый мир. Безусловно, процесс творения требует усилий. Осознавать это непросто, но так есть. Но, как я уже сказала, «Белка» способна заинтересовать любого читателя. Попавшись на удочку динамики и экшена, возможно, такой читатель прочтёт книгу до конца и откроет для себя её подлинный смысл и сам для себя откроется с иной стороны.

И немного о вас: какой вы читатель? Какие жанры вас больше всего занимают? Читаете ли вы современную русскую прозу, ваших коллег?

Наверное, я консервативный читатель. Я предпочитаю перечитывать понравившуюся мне книгу много раз, чем проглатывать новую. Не помню, сколько раз перечитывала Булгакова. У него поэтический слог – прямой путь к бессознательному. Не важно, о чём он пишет – всё вызывает отклик на тонком уровне. И насколько я могу судить по его произведениям (даже опуская слухи), он был близок к миру магии, как и я. Хотела бы ещё выделить Стругацких: уважаю их творчество, неповторимый стиль и нестандартное мышление, смелость в условиях времени, при котором пришлось творить. С современной русской прозой я не очень хорошо знакома. Пыталась читать, но не пошло, скажем так. Думаю, виной тому опять-таки переизбыток информации, предложений, за которыми трудно выискать настоящий бриллиант. Уважаю Пелевина (раннего). О нём много сказано. Добавлю только, что, несмотря на то что я не в восторге от его последних работ, его ранние труды можно назвать энциклопедией «как надо думать», они лучше тысячи новомодных книг об осознанности, саморазвитии и т. п., которые на фоне произведений Виктора Пелевина просто смешны.