Сегодня исполняется 255 лет великому шотландскому поэту и прозаику, основоположнику исторического романа сэру Вальтеру Скотту. Вспомним об этом могучем писателе, памятник которому в его родном Эдинбурге — самый большой на земле монумент писателю вообще: его общая высота — почти 62 метра.
Вальтер Скотт и Роберт Бернс — две главные литературные звезды Шотландии. Можно сказать, что Бернс — это шотландский Пушкин, а Скотт — шотландский Лев Толстой и Достоевский в одном лице.
Шотландцы — народ гордый, но маленький. Если бы Шотландия сегодня являлась самостоятельным государством, на что она от времени до времени претендует, то по численности населения (чуть больше 5 миллионов, меньше трети официально учтенного населения Москвы) она заняла бы 113-е место в мире.
К моменту рождения Бернса (1759) и Скотта (1771) Шотландия утратила независимость. Шотландский парламент был распущен после «Акта об унии» 1707 года, создавшего единое Королевство Великобритании. И вот назовите мне другой немногочисленный этнос, который бы утратил свою государственную независимость и после этого породил двух гениев.
Но если о мировом значении Бернса еще как-то можно спорить (не у нас в России, где, благодаря переводам Самуила Маршака, Бернса признали за «шотландского Есенина» и распевают песни на его стихи во время застолий и возле походных костров), то всемирное значение исторических романов Скотта ни малейшему сомнению не подлежит.
Исторический роман, один из самых популярных литературных жанров, родился в маленькой, но очень гордой Шотландии.
Справедливости ради заметим: настоящая мировая популярность пришла к Скотту, когда после целого ряда романов о шотландской истории (самые известные — «Пуритане» и «Роб Рой») он обратился к истории Англии. Роман «Айвенго» (1819) принес Скотту поистине сенсационный успех — первые 10 000 экземпляров были распроданы за две недели.
Это были невероятные продажи для начала XIX века! Ни о какой всеобщей грамотности, а тем более «восстании масс» в культуре в то время речи не шло, и десять тысяч экземпляров книги, проданных за две недели, — это феноменальный успех.
Для справки: первый исторический роман Скотта «Уэверли» (1814) вышел первым тиражом всего 1000 экземпляров (кстати, таким же был и первый тираж книги Джоан Роулинг «Гарри Поттер и философский камень».) Он тоже был мгновенно раскуплен, и такого успеха до этого не знала ни одна книга в мире — за исключением Библии, конечно.
Сравнение Скотта с Библией в данном случае корректно. Пушкин писал жене из Болдина: «Читаю Вальтер Скотта и Библию».
Влияние Библии на Пушкина неоспоримо. Но также неоспоримо влияние на него «шотландского чародея», как Пушкин называл Скотта. «Капитанская дочка» написана не просто в историческом жанре, но и в приключенческом ключе. А ведь это Скотт первым стал воспринимать историю «домашним образом» (тоже выражение Пушкина в заметке о Скотте), без лишней важности и торжественности. Погружаясь в романы Скотта, мы не чувствуем, что нас «грузят» историей. Мы переживаем ее как интересные приключения с живыми людьми. И это правильно. В конце концов, мы сами постоянно живем в истории.
Собственно, это и породило огромную популярность романов Скотта сначала в Англии, затем во всей Европе и, наконец, в России.
У нас он стал известен еще при жизни (умер в 1832 году), в 20-е годы XIX века. Его влияние на русских писателей переоценить нельзя. Без Скотта не было бы ни Загоскина, ни «исторического» Пушкина, ни Гоголя с его «Тарасом Бульбой», ни Толстого с «Войной и миром».
Толстой пошел дальше Скотта. Он скрестил исторические события с глубоко частными семейными историями, что у Пушкина и Гоголя было только намечено, но еще не развито. Измена Наташи Ростовой Андрею Болконскому или женитьба на ней Пьера приобрели такую же важность, как Бородинская битва или пожар в Москве. Поэтому в перспективе Толстой победил Скотта: лучшим историческим романом сегодня является «Война и мир», а не «Айвенго».
Но это еще ничего не значит. Во всем мире — и в России тоже — «Айвенго» переиздается ежегодно.
Одно из объяснений этому следующее: именно Скотт в разгар эпохи Просвещения вдруг породил интерес к Средним векам. К мрачному, но и захватывающему их антуражу. Потом это назовут умным словом «неоготика». Так что сегодня, когда вы читаете все эти средневековые фэнтези, смотрите «Звездные войны», где космонавты сражаются почему-то на мечах, или «Игру престолов», знайте, без влияния Вальтера Скотта здесь не обошлось.
Будучи автором первых в мире бестселлеров и первым писателем-миллионером, он в конце жизни все-таки разорился и жил, как наш Достоевский, работая без устали на издателей, чтобы покрыть свои долги, которые приобрел, построив в глубине Шотландии изумительную усадьбу в средневековом вкусе.
Усадьба — красоты неописуемой! И, конечно, она несет в себе дух его волшебных романов, которые нужно начинать читать с детства.
Потому что главное в них — не историческая достоверность, а безудержная литературная фантазия, которая претворяет скучную историю в увлекательное приключение.
За что, собственно, мы и любим Вальтера Скотта.
https://rg.ru/2026/08/15/avtoru-pervyh-v-mire-bestsellerov-valteru-skottu-255-let.html
Другие новости
«Смысловая 226» запустила опен-колл «Ненужные люди»
Книжный фестиваль «Китоврас» опубликовал программу
«Я — человек Серебряного века». Михаил Сеславинский рассказал о жизни библиофилов в эпоху ИИ