Сопереживание — то, чего отчаянно не хватает современному театру. Красивые постановки-аттракционы со сложными режиссерскими концепциями, которые приходится долго разгадывать, на сцене преобладают. Поэтому в Московском Губернском театре под руководством Сергея Безрукова решили взяться за «человеческую» историю — «Старшего сына» Александра Вампилова. Спектакль поставил Григорий Лифанов, худрук Севастопольского драмтеатра им. Луначарского.
К слову, пьеса, написанная в 1967 году, никогда не сходила с российской сцены. А троица — Евгений Леонов, Николай Караченцов, Михаил Боярский — возвела в ранг бессмертной классики фильм «Старший сын», снятый Виталием Мельниковым.
Картина вышла уже после трагического ухода драматурга, которого часто называли «советским Чеховым» за умение тщательно препарировать человеческую природу. В театре обычно «Старшего сына» играют на камерной сцене, но Вампилову отдали в Губернском основную, объяснив это тем, что и спустя десятилетия пьеса не утратила актуальности.
Остропсихологическую драму (хотя автор назвал ее комедией) разыграли азартно, ничего ни убавляя, ни прибавляя к авторскому тексту и замыслу. Лифанов не стал додумывать и достраивать — пьеса подсказала все сама. Выцветший от времени деревянный перрон с названием Черемхово (так, кстати, назывался городок, где родился Вампилов) — вывеска растеряла несколько букв. Двое молодых парней, студент-медик Владимир Бусыгин (Артем Губин) и юнец без определенного рода занятий Семен Севостьянов (Кирилл Новышев), по прозвищу Сильва, с гитарой наперевес, опоздали на последнюю электричку. Глушь, деревня, — и отраженный эхом гул сбежавшего поезда: гудки и стук колес станут аккомпанементом спектаклю, и без того пронизанному многочисленными музыкальными интермеццо.
Несговорчивые девушки, которых после танцев герои решили проводить до дома, отказали в ночлеге — пришлось стучаться в первую попавшуюся дверь. На их счастье (о чем юноши пока не догадываются), дверь открывает немолодой кларнетист Андрей Григорьевич Сарафанов. Сыгравший его Леонид Громов, кстати, освоил для роли кларнет — что, по его словам, было весьма непросто. По нынешним временам почти фантастическое происшествие — кто откроет глубокой ночью незнакомцу? Но на сцене — 1960-е: тогда могли и двери не закрывать, и родственники постоянно бывали друг у друга в гостях, и на стенах часто висели неизменный ковер с оленями и черно-белый портрет Хемингуэя: они, конечно, тоже есть в спектакле.
Необычными были не сами поздние гости — шальной была идея Бусыгина представиться незнакомому хозяину квартиры внебрачным сыном, а дальше — куда кривая выведет…
История в Губернском получилась «ламповой» во всех смыслах — и абажур на сцене тоже зажигают. За одни сутки на двух новоиспеченных столичных пижонов-друзей обрушивается целая история жизни, судьба семьи, напоминающая о старой толстовской истине: «все счастливые семьи счастливы одинаково, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему».
Хотя Сарафанов несчастливым себя не считает: пусть он играет в клубе железнодорожников, а не в большом оркестре, как когда-то мечтал, — зато по ночам пишет кантату «Все люди — братья». Пусть соседи сквозь губу вслед ему цедят: «неудачник» — Сарафанов убежден: «каждый человек родился творцом», и счастье жизни совершенно не сводится к успешной карьере или толстому кошельку. Его скромность — некая форма добра: он просто жил, воспитывал детей, когда жена ушла к другому, никого не предавал и не подсиживал, не изменял — с якобы «матерью» внезапно свалившегося на голову старшего сына встречался еще до знакомства с будущей женой.
У Вампилова не бывает случайных персонажей. Вот и выпускник летного училища Кудимов (Алексей Веретин), постоянно посматривающий на часы и давший себе слово никогда не опаздывать, в своей карикатурности весьма усерден. В него, такого правильного, влюбляется дочь Сарафанова Нина (Полина Галкина). Ей кажется, что она будет с ним счастлива, — потому и уезжает из дома с Кудимовым на Сахалин.
Бежит из дома от несчастной любви младший сын Васенька Сарафанов (Даниил Вершинин). Но что есть несчастье? В записных книжках Вампилова есть такое пояснение: «Несчастные имеют более верное и точное представление о счастье».
Семья вот-вот развалится — если б не явившийся из ниоткуда блудный «старший» сын. Влюбленность в Нину заставляет Бусыгина сознаться во лжи. Обманщик, так легко игравший чувствами, вдруг осознал себя самым большим грешником во вселенной.
У всех пьес Вампилова (а за 34 года он написал их всего пять) есть потрясающее качество — автор в привычном, каждодневном быте пробуждает бытие. Его пьесы — будто способ убедиться: мы все-таки еще не окончательно растеряли в себе человеческое. Напоминать об этом никогда нелишне — вот ради чего и появился новый спектакль Губернского театра.
Другие новости
ГЕРГИЕВ ВОЗРОДИТ ДИРЕКЦИЮ ИМПЕРАТОРСКИХ ТЕАТРОВ
МАРЧЕЛЛИ ВЫПУСКАЕТ СВОЕГО «РЕВИЗОРА»
На сцене Александринского театра прошла премьера одноактного балета «Занавес»